I am enough. Просто. Ешьте. Еду. - Анастасия Чекмарева

Вы будете лежать в гробу, но с идеальной фигурой? Вам нужно спасать свою жизнь! После первого и последнего своего релапса я чётко это понимала и больше не допустила ни одного отката.

Если в данный момент вы в релапсе, немедленно прекратите. Начните есть, каждый день, когда хотите и что хотите. Терпите визги ОРПП. Бегите от расстройства, чтобы пятки сверкали. Оно убивает вас каждый день, в прямом смысле съедая вас. Не оборачивайтесь в рекавери!

*

На сообщение в «VK» мне ответили несколько девушек. Меня не особо это успокоило, хотя я очень пыталась. Практически сразу же мне в личные сообщения пришло сообщение от Полины Хорошиловой (как оказалось, моего будущего психолога):

14 марта 2016 Полина 17:24

День добрый! Увидела ваш вопрос в группе – если хотите, можем немного обсудить его; договориться только о времени, чтобы обе присутствовали в сети.

Я благодарна ей за отклик по сей день. Вряд ли я бы сама решилась ей написать, хотя Алёна Ставрова мне пару раз говорила, что Полина – тот самый специалист, и к ней можно обратиться. Я постоянно боялась, откладывала, я представляла себе, что сеансы у психолога – это нечто страшное и вообще уже для тех, кто с ума сошёл.

Расскажу о Полине. Она работает с людьми, у которых ОРПП. В конце осени 2015 я находилась в стадии Страшного Голода и не хотела посещать сеансы: «Я всё сама».

Да, конечно, сама. Потом я ушла в релапс, и всё обнулилось. Тогда я поняла, что мне пора, только я никого не знала в Москве из специалистов. Я нехотя гуглила расценки психологов, думала, что сначала буду копить, наверное, год, а потом пойду.

В «VK» через группу «Eating disorders and recovery» Полина как-то вышла на меня, мы поговорили, и я решила к ней прийти, потому что я уже не могла сидеть ровно: я тонула.

Первый сеанс был 26 марта 2016. Всего посещений было 8, до конца мая. Полина, как психолог, не имеет права прописывать таблетки, давать директивы и заставлять меня делать что-то. Это меня, конечно, немного успокаивало, так как я часто терзалась: «Вдруг она скажет мне есть больше, вдруг заставит принять протокол восстановления» – у меня была куча ОРПП-мыслей.

В конце мая она сказала мне, что я могу теперь «плыть сама», а я аж в слёзы: «Я не смогу без всего этого, я так привыкла к помощи, как я буду проходить эту дорогу одна??»

Всё лето я шла в одиночку, без неё. В августе поняла, что за меня цепляется ОРПП. Я сразу же побежала к Полине. 11 сентября я снова села перед ней в кресло в кабинете. На этот раз сеанса было 4 – больше мне не было нужно.

Без Полины не было бы ничего: моего «Instagram» с постами, «YouTube» -канала. Ни-че-го. Её слова делали меня сильнее.